Оглавление

Философия науки и медицины : учебник. - Хрусталёв, Ю.М. 2009. - 784 с.
Философия науки и медицины : учебник. - Хрусталёв, Ю.М. 2009. - 784 с.
VI. ДИНАМИКА НАУКИ КАК ПРОЦЕСС ПОРОЖДЕНИЯ НОВОГО ЗНАНИЯ

VI. ДИНАМИКА НАУКИ КАК ПРОЦЕСС ПОРОЖДЕНИЯ НОВОГО ЗНАНИЯ

Перед нами лежит обширное поле для открытий.

И. Кант

Нет ничего в мире сильнее свободной научной мысли.

В.И. Вернадский

Физики редко проясняют свои теории до той степени, когда критику легко поймать их на слове.

И. Лакатос

Для любого знания характерно то, что оно обладает свойством быть динамичным (греч. dynamis - движение) в своем существовании, т.е. оно не есть нечто законченное, ибо постоянно качественно меняется, уточняется, развивается. Но особенно динамичность характерна для научного знания. Об этом явлении Г. Гегель говорил, что «истина есть процесс», а не «готовый результат». А это значит, что сам мир характеризуется внутренней подвижностью, что сказывается на организации познания и объяснения развивающегося мира. Объективный мир - сложное развивающееся образование, которое в сознании людей предстает как нелинейная система организации. Поэтому для успешного научного постижения развивающегося мира надо следовать философскому принципу соотнесения динамики развития мира с динамикой процесса приобретения нового знания о нем. Наука - это ведь уникальный вид познавательной жизнедеятельности людей, нацеленный на постоянную критичную обработку системно-организованных и теоретически или экспериментально обоснованных знаний.

Проблема философии науки несет в себе три ключевых аспекта о том, как рассматривать и оценивать динамику качественного изменения научного познания. Первый вопрос связан с пониманием расширения объема истинных знаний о мире и обществе или как о естественном постепенном научно-познавательном процессе, или как о скачкообразном качественном изменении научного знания. Второй вопрос. Динамика науки рассматривается или как некий кумулятивный (накопительный)

процесс обогащения общественного сознания качественно новыми научными знаниями, или как антикумулятивное движение самого научного процесса, в принципе отторгающее многие прежние знания как устаревшие или ошибочные. И третий вопрос. Сама динамика наращивания научного знания состоит в его собственном самоизменении или воздействии на этот процесс изменений научного знания неких внешних условий или социокультурных факторов.

Наука в изменяющемся мире

В динамике научного знания особую роль играют этапы развития науки, связанные с перестройкой исследовательских стратегий. Проблема осознания этого и отличие науки от всех других форм движения познания особенно актуализировались в связи с анализом социально-культурной детерминации порождения научного знания. Существует несколько признаков, характеризующих специфику изменения науки. Прежде всего то, что только она одна дает объективное знание о мире и обществе. Все, на что направлена исследовательская мысль ученого, - это объект его пытливого разума. Поэтому наука изучает и субъект познания как средство и источник познавательной активности. Эти направления научного познания подчиняются естественным законам развития. Наука призвана постоянно наращивать точное знание о мире и обществе, что и обеспечивает его рост за счет появления новых результатов научно-теоретических исследований, имманентного движения в системе идеализированных конструктов теории и опытной проверки смелых гипотез на практике.

Динамика научного познания - это сложный диалектический процесс, несущий в себе принципиальные качественные различия на разных этапах научного познания мира. Так, этот процесс рассматривался в античности как движение от мифа к логосу, т.е. разумному началу, а позже от логоса к преднауке, а от нее и к подлинной науке. Затем в недрах уже науки пошло движение от ее классической формы к неклассической, а далее - к постнеклассической науке и т.д. Таким образом, динамика научного познания и обновления содержания истинного знания - это естественное движение от незнания к знанию, от поверхностного или неполного знания к более глубокому и совершенному знанию о мире, обществе и самом субъекте познания. История науки свидетельствует, что все научные идеи, а также и мышление их создателей развиваются по законам диалектики как сложное, хаотическое, полное ошибок и многообразия явление, а не как нечто неизменное или однолинейный процесс.

О динамике науки свидетельствует создание системы знаний. И как любая система, она может быть рассмотрена в разных срезах и ипостасях динамичного развития. Она предстает и как тип развития познавательной деятельности, и как теоретическая модель, и как социальная организация и т.д. Одной из первых концептуальных моделей динамично развивающейся науки стала кумулятивная (лат. cumulatio - увеличение). Она характеризует быстрое накопление установленных (доказанных) истин. История науки - действительно непрерывный прирост точных знаний. Однако научное познание нельзя оценивать только как процесс накопления или приращения сведений о мире; в нем происходят научные прорывы или революции, коренным образом меняющие теоретические модели, как в рамках отдельных наук, так и применительно ко всей их совокупности. Эти и многие другие проблемы, возникающие в ходе динамического развития науки, привлекают интерес историков и философов науки.

Так, движение научного познания сначала к его классической форме, а затем к неклассической и постнеклассической формам естественно связано с принципиально новым способом формирования идеальных объектов науки и их связей, моделирующих практику. В современной науке они возникают не столько непосредственно из самой практики (как прежде), сколько преимущественно создаются или творятся в качестве абстракций на базе ранее сформулированных идеальных объектов (теорий, идей). Умственно построенные из их связей и отношений умозрительные модели выступают теперь в качестве новых гипотез, которые затем, получив рациональное обоснование, превращаются в новые теоретические построения (схемы) изучаемой предметной области мира. Так возникает особое динамическое движение в сфере развивающегося научно-теоретического знания. Именно оно-то затем начинает строить абстрактные модели исследуемой реальности как бы сверху по отношению к практике.

В связи с этим историки и философы науки предлагают в качестве концептуальной структурной единицы развития науки рассматривать: а) научные понятия (С. Тулмин), б) исследовательские программы (И. Лакатос), в) парадигмы (Т. Кун). Предложенные концепты развития науки сопоставляемы с историей развития философии, так как наука, как и философия, идет по пути рационального постижения и объяснения действительности. В результате были разработаны такие новые категории и понятия, как «научная парадигма», «нормаль-

ная наука», «стиль научного мышления», «научно-исследовательская программа» и множество других. Некоторые философы науки, например К. Поппер, подвергнув сомнению традиционное понятие истины, призвал отказаться от представления о соответствии научного знания объекту и заменить понятие истинности понятием правдоподобности. Важнейшей моделью этой новой философии науки стала не проверяемость научной теории на истину (верифицируемость), а установление ее погрешимости (фальсифицируемость).

В наше время актуализировалась проблема укрепления союза науки и философии. Так, известный физик, лауреат Нобелевской премии (1954) М. Борн признавал, что философские проблемы науки его интересовали больше, чем научные результаты. И это не случайно, ибо работа физика-теоретика «...теснейшим образом переплетается с философией и без серьезного знания философской литературы его работа будет впустую» (Борн М. Физика в жизни моего поколения. М., 1963. С. 44). Ведь каждое из научных открытий разрушало основанное на классической науке физическое представление о мире и наносило удар по метафизическому материализму как господствовавшей в то время философии. Именно этот кризис в самой классической физике подтолкнул выдающихся ученых-теоретиков к выработке принципиально новых философских концептов, основанных на диалектике познания.

Современное естествознание поставляет интересный и содержательный материал для приращения философского знания, стимулирующий разработку новых методов мышления. «Каждая фаза естественно-научного познания находится в тесном взаимодействии с философской системой своего времени; естествознание доставляет факты наблюдения, а философия - методы мышления» (Борн М. Размышления и воспоминания физика. М., 1977. С. 79). В центре научных дискуссий в естествознании XX века оказались философские категории материи, движения, пространства, времени, противоречия, детерминизма, причинности и др. На примере учения В. Оствальда и Э. Маха Альберт Эйнштейн показал, что их предубеждение против реальности атомов и против атомной теории в целом было отчасти обусловлено позитивистскими установками. А. Эйнштейн называл это «интересным примером» того, как философские предубеждения мешают правильной интерпретации фактов даже учеными со смелым мышлением и тонкой интуицией.

Естествознание XX века показало неотрывность субъекта, исследователя от объекта, зависимость знания от методов и средств его

получения. Иначе говоря, картина объективного мира определяется не только свойствами самого мира, но и характеристиками субъекта познания, его концептуальными, методологическими и иными элементами, его активностью (она тем больше, чем сложнее объект). Мир раскрывает свои тайны благодаря активной деятельности человека. Только когда объекты включены в человеческую деятельность, мы можем познать их сущностные связи. В. Гейзенберг был первым, кто заявил, что разделение субъекта и объекта в познании невозможно. Формирование отчетливой философской позиции современного естествознания началось, по сути, с квантовой механики, давшей первые наглядные и неопровержимые доказательства включенности человека в единый мировой эволюционный процесс.

В современную эпоху, в связи с глобальными кризисами возникла проблема поиска новых мировоззренческих ориентаций ученых, да и всего человечества. В этой связи в научном мире подверглись переосмыслению многие функции науки. Доминирующее положение науки в системе культурных ценностей во многом связывается с ее технической и технологической проекцией. Сегодня важно органическое соединение ценностей математического, технического и технологического мышления ученых с теми социальными и гуманными ценностями, которые представлены новой философией, моралью, искусством, религией и т.д. Такое соединение представляет собой новый тип научной рациональности. Так, уже в наши дни петербургский математик Г. Перельман решил одну из сложнейших математических задач - доказал теорему Пуанкаре. Уникальное решение этой задачи поможет в будущем развить как теорию мироздания, так и нанотехнологии.

Создалась возможность нарисовать грандиозную картину мироздания как единого процесса его самоорганизации. Она представляется не так, как рисовалась классическим естествознанием. Вселенная - это не механизм, однажды заведенный неким Разумом, и судьба его определена раз и навсегда. Это непрерывно развивающаяся и самоорганизующаяся система. А человек - не просто наблюдатель, а активный, действующий элемент системы. Развитие науки показало, что вообще исключить субъективное из познания нельзя, даже там, где «Я» как субъект познания играет незначительную роль. Так, классики квантовой механики заявляют, что трудность философской проблемы «состоит в том, что нужно говорить о состоянии объективного мира при условии, что это состояние зависит от того, что делает наблюда-

тель» (Борн М. Физика в жизни моего поколения. М., 1963. С. 81). При создании новых научных знаний невозможно полностью отвлечься от человека и его вмешательства в природу, а тем более в общественные процессы.

Строго говоря, любые явления нельзя рассматривать «сами по себе». В их научное познание включается субъект, ученый. Кстати, не только в гуманитарных науках, но «и в естествознании предметом исследования является не природа сама по себе, а исследуемая природа, поскольку она подлежит человеческому вопрошанию, поэтому и здесь человек опять-таки встречает самого себя» (Гейзенберг В. Шаги за горизонт. М., 1987. С. 301). Без активной познавательной деятельности субъекта получение идеального истинного образа вещи, предмета, явления, процесса и т.д. невозможно. Более того, мера объективности знания прямо пропорциональна мере творческой активности субъекта. Однако последнюю не следует абсолютизировать, как и пытаться устранить из познания субъективный момент якобы в угоду объективному знанию. Недооценка, а тем более полное игнорирование творческой активности субъекта в современном научном познании, стремление изгнать из процесса познания эту субъективную активность закрывают дорогу к истине, к действительно объективному отражению реальности.

Несмотря на самые строгие и точные методы исследования, в физику, по словам М. Борна, проникает «неустранимая примесь субъективности». Анализ квантово-механических процессов невозможен без активного вмешательства в них субъекта-наблюдателя. Поскольку субъективное пронизывает здесь весь процесс исследования и в определенной форме включается в его результат, это дает «основание» говорить о неприменимости в этой области знания принципа объективности. Действительно, поведение атомных объектов «самих по себе» невозможно резко отграничить от их взаимодействий с измерительными приборами, со средствами наблюдения, которые определяют условия возникновения явлений. Однако развитие науки показало, что «исследование того, в какой мере описание физических явлений зависит от точки зрения наблюдателя, не только не внесло никакой путаницы или усложнения, но, наоборот, оказалось неоценимой путеводной нитью при разыскании основных физических законов, общих для всех наблюдений» (Бор Н. Атомная физика и человеческое познание. М., 1961. С. 98, 332).

Попытки достигнуть единого понимания мира, исходящего из единого научного основания, намерение охватить единым взором крайне разнородные явления и дать им объективное объяснение, не беспочвенны и не умозрительны. Так, физика исходит из того, что в конечном счете природа устроена единообразно и все явления подчиняются единообразным законам. Проблемы философского объяснения мира охватывают его в целом, жизнь человека и отношение его к миру в единстве. Философские проблемы науки связаны с вопросами человеческого бытия. Они носят инвариантный и вечный характер; более того, зачастую предлагаются вечные и неизменные решения этих проблем. Основным способом решения философских проблем познания мира, общества и человека является нелинейное диалектическое мышление, опирающееся на достижения современной науки и культуры в целом, на совокупный опыт жизнедеятельности человечества.

Становление развитой научной теории

Теоретизация наук существенно сокращает объем плодотворных знаний, которые надо воспринимать специалистам-профессионалам. Научная теория позволяет сделать «познание многого немногими словами» (И. Кант). Проблема состоит только в том, чтобы осмыслить теоретизацию как осуществление философствования в науке. Именно новые философско-методологические методы и принципы значительно упрощают и углубляют научное познание, делают излишними большое количество опытно-эмпирических исследований. «Благодаря открытию новых методов и принципов мы с их помощью и без обременения памяти сами будем находить все, что желаем, - утверждал И. Кант, - поэтому гением в истории будет тот, кто схватит ее в идеях, которые останутся устойчивыми всегда» (Кант И. Собр. соч. в 8 т. М., 1994. Т. 8. С. 300).

Современная цивилизация носит техногенный характер. Это означает, что в системе этой цивилизации одно из ведущих мест занимает естествознание: математика, космология, химия, биология, но особенно физика. По общепризнанному мнению, именно физика образует сегодня теоретический фундамент всего естествознания и в том числе медицины. Поэтому предметом философского осмысления должны быть исторические концептуальные идеи, философско-методологические принципы и современные особенности естественнонаучного познания и конструирования фундаментального знания, опирающегося главным образом на методы физической науки. Это

необходимо потому, что многие принципы выработки и накопления знаний современной физикой в системе наук уже имеют и будут иметь еще большее философско-методологическое значение в ближайшем будущем, ибо они являются универсальными схемами для научного познания вообще.

Накопление экспериментальных данных, которые было сложно или даже невозможно объяснить с помощью старых физических теорий, привело в итоге к постановке нескольких фундаментальных проблем, определивших дальнейшее развитие науки. Некоторые из этих проблем были разрешены практически сразу же, некоторые из них остаются актуальными и сегодня. Проблемы объяснения физических явлений начали проникать в ньютоновскую физику и философию с принятием волновой теории света (после 1815 г.), хотя они тогда не вызвали никакого кризиса вплоть до 90-х годов XIX века. Ситуация изменилась только благодаря постепенному принятию электродинамической теории Дж. Максвелла (1831-1879) в конце XIX века. Теория Максвелла вызвала кризис парадигмы, из которой она произошла.

Исследования, проведенные Максвеллом, привели его к выводу, что в природе должны существовать электромагнитные волны, скорость распространения которых в безвоздушном пространстве равна скорости света. Возникнув, электромагнитное поле распространяется в пространстве со скоростью света, занимая все больший и больший объем. Максвелл утверждал, что волны света имеют ту же природу, что и волны, возникающие вокруг провода, в котором течет переменный электрический ток. Они отличаются друг от друга только длиной. Быстропеременные электрические или магнитные поля, образуют при этом некое электромагнитное поле. Электромагнитное поле движется в пространстве от точки к точке, создавая электромагнитные волны.

Таким образом, впервые была сформулирована и экспериментально подтверждена теория единства электрических, магнитных и оптических явлений, т.е. теория, которая впоследствии привела к появлению уровней Максвелла, ставших базисом для специальной теории относительности. Согласно учению И. Ньютона, во Вселенной действуют нормальные часы, которые отсчитывают ход абсолютного времени с любой точки. Кроме того, существует абсолютное движение - перемещение тела из одного абсолютного места в другое абсолютное место. В экспериментальной физике ньюто-

новские постулаты (догмы) были поставлены под сомнение. Выход из создавшегося затруднения был предложен А. Эйнштейном. По его мнению, скорость света, представляющая собой максимальную скорость передачи сигналов, конечна и одинакова для всех наблюдателей. Поэтому понятие абсолютной скорости не имеет физического смысла, а одномерность пространственно разведенных событий и явлений - относительна.

Утверждаемая Ньютоном абсолютность пространства и времени делала ненужным учитывание действительных инструментов, которыми пользуется физик при наблюдении за пространственно-временными феноменами. Относительность пространства и времени - это неизбежное следствие требования принимать во внимание эти инструменты, т.е. методы, посредством которых осуществляется наблюдение. Согласно физике Эйнштейна, в мире существует не некое божественное око, которое его наблюдает, а человеческий глаз, сам подчиненный тем пространственно-временным детерминациям, которые он стремится наблюдать в самой природе. Специальная теория относительности Эйнштейна стала фактически революционной концепцией в механике. Макс Планк (1858-1947) в связи с этим писал: «Эйнштейновская концепция времени превосходит по смелости все, что до этого времени было создано в умозрительном естествознании и даже в философской теории».

Английский физик Дж. Томсон (1856-1940) вошел в историю и философию науки как ученый, открывший электрон - отрицательно заряженную частицу, масса которой меньше, чем одна тысячная массы водорода. Это по своей сути стало революционным открытием в науке. После открытия электрона радикально изменилось представление о строении атома. Это открытие позволило сделать следующие новые научные заключения:

•  электроны являются компонентом всех атомов;

•  атомы не только делимы, а еще и неисчерпаемы в своем бытии;

•  атомы, фундаментальные кирпичики материи, стали теперь пониматься в виде некой непростой системы, состоящей из положительно заряженного ядра и отрицательно заряженных электронов.

В начале ХХ века усилием ряда ученых-физиков (Э. Резерфорд, Н. Бор) была создана планетарная модель атома. В ней показывалось, как в атоме функционирует большое число устойчивых и строго определенных орбит движущихся электронов, способных переходить с

одной орбиты на другую. Электрон при переходе с внутренней орбиты на внешнюю нуждается для этого в дополнительном количестве энергии. При приближении электрона к ядру он сам сбрасывает энергию в виде излучения. Макс Планк (1858-1947) установил, что свет испускается и поглощается порциями. Гипотеза, предложенная Планком, ознаменовала рождение квантовой теории, совершившей подлинную революцию в физике. Классическая физика, в противоположность современной физике, именуется теперь «физика до Планка». «Задача физической картины мира может быть охарактеризована и тем, - отмечал сам физик, - что нужно установить как можно более тесную связь между реальным миром и миром чувственных переживаний» (см. Вопросы философии. 1998. ? 3. С. 132).

В период становления квантовой механики знаменитым датским физиком Н. Бором (1885-1962) при исследовании микромира был введен принцип дополнительности. Ученый, опираясь на решения чисто физических проблем, заявил об общности этого принципа и тем самым как бы перекинул мост от физики к психологии ученого и ко всей теории познания. Именно поэтому принцип дополнительности следует считать одной из важнейших проблем науки, позволяющей понимать фундаментальные задачи философии науки. Н. Бор считал, что «не существует никакого квантового мира. Есть только абстрактное описание, даваемое квантовой физикой. Неправильно думать, что задача физики состоит в том, чтобы открыть, что представляет собой природа. Физика интересуется только тем, что мы можем сказать о природе. Он писал, что «мы должны быть готовыми к тому, что всестороннее освещение одного и того же предмета может потребовать различных точек зрения, препятствующих однозначному описанию. Строго говоря, глубокий анализ любого понятия и его непосредственное применение взаимно исключают друг друга» (Бор Н. Избранные научные труды. М., 1971. С. 91).

Прямым следствием открытого Н. Бором принципа дополнительности является наличие элемента субъективности при получении окончательного вывода даже в так называемых точных науках: в физике, например, при определении численных характеристик тех или иных сложных моделей молекул. Нарастает нечеткость и элементов субъективизма при формулировке правил, законов и методических приемов в ряде наук - математике, физике, химии, биологии, медицине, психологии, истории, философии и других. Бросается в глаза, однако, что одновременно в том же ряде нарастает и сложность самого

объекта изучения - от простейших явлений к человеку и далее - к обществу. В современной науке все большую роль и большее значение стал играть особый тип новых развивающихся исследовательских систем. Речь идет о так называемых человекоразмерных системах, включающих человека и его научную деятельность в качестве составного компонента. К ним относятся объекты современных биотехнологий, в первую очередь генной инженерии, медико-биологические объекты, крупные экосистемы и биосфера в целом.

Антропоцентристские основания в современной науке

Методология исследования исторически развивающихся человекоразмерных систем сближает естественно-научное и гуманитарное познания, опирающиеся на философский принцип антропоцентризма - принцип познания мира и оценки знаний о нем в связи с включенностью в этот процесс человека как сознательно-творящего фактора. В философии науки человек рассматривается не столько как результат природной эволюции, но, прежде всего, как личность, обладающая субъективностью или сознательно-деятельным свойством. Человек активно воздействует на окружающий мир, изменяя его в соответствии со своими знаниями о происходящих в нем процессах. Именно это обстоятельство позволяет понимать самого человека как активного сознательного участника мировой эволюции и тем самым делает его ответственным за результаты своей деятельности. Это предъявляет повышенные требования и к уровню субъективного фактора в целом, выдвигая на первый план профессиональные и нравственные качества ученого как личности.

В современной науке все большее место стали занимать сложные и исторически развивающиеся системы, включающие человека. Это - современные научно-технические и биотехнологические объекты, в первую очередь генной инженерии, медико-биологические объекты, крупные экосистемы и биосфера в целом, человеко-машинные системы, включая даже системы искусственного интеллекта, социальные объекты и т.д. В широком смысле слова сюда можно отнести любые сложные синергетические системы, взаимодействие с которыми превращает само человеческое познание в компонент системы. Методология научного исследования таких объектов сближает естественно-научное, социальное и гуманитарное познания, составляя единую базовую основу для их более глубокой философской интерпретации.

Итак, современная наука, будучи динамичной системой достижения объективно-достоверных знаний о взаимосвязях действительнос-

ти, развивается в результате познавательной специальной деятельности и превращается в жизненную практическую силу. Поэтому развитие науки в итоге определяется общественными потребностями. Большое значение в ее прогрессе имеет зависимость научных результатов не только от положения ученого - субъекта-наблюдателя и характеристик его инструментальной и целеполагающей деятельности, но и от факта активного взаимодействия человека со Вселенной. Речь идет об использовании некоего антропоцентрического (греч. anthropos - человек и centrum - центр) подхода в познании, согласно которому человек как бы стоит в центре Вселенной и является демиургом (греч. demiurgos - творец порядка) знаний о мире и обществе. В концепциях антропоцентристского смысла научного познания акцентируется внимание на творчестве ученого как субъекта свободного и ответственного познания действительности.

Современная наука становится не просто участником отношений человек - мир в условиях глобального цивилизационного кризиса, она регулирует их рациональность. А концептуальная модель современной философии науки включает аспекты философской экологии и глобальных проблем современности и призвана способствовать решению задач научной идентичности (наука, неонаука и псевдонаука), формированию новой научной рациональности. Поэтому, осмысливая новые проблемы современной философии науки и медицины, необходимо предвидеть перспективы ускорения научной динамики вообще и динамики развития медицинской науки в современном типе техногенной цивилизации. Беспримерная историческая динамика науки и применимого на практике научного знания обязана, прежде всего, покоряющей ясности жизненных преимуществ, которые связаны с использованием этого знания.

Научному, техническому и образовательному процессу люди обязаны беспримерным комфортом. Но с ростом уровня благ снижается готовность людей нести все возрастающие издержки по обретению этого благосостояния. Ведь научный и научно-технический прогресс поразительно неоднозначен. С ростом количества инноваций увеличивается объем научных знаний, которые многое проясняют о развитии мира и одновременно требуют учета субъективного фактора в обосновании нелинейных мировых процессов. Поэтому прогрессивно растущая близость неизвестного вызывает у людей чувство страха и духовного дискомфорта, причем чаще всего - в высокоразвитых регионах, где больше всего интеллектуально

подготовленных специалистов. И это не случайно, так как естественная динамика производства научных знаний наталкивается на временные границы. Новое научное знание постоянно расширяется, углубляется и способно со временем стать определяющим фактором осознания учеными сути процесса коммуникации всех научных исследований.

В философской нацеленности на выяснение истоков современной глобализации и в прослеживании процессов ее становления и развития находят отражение не столько испытания, претерпеваемые современным человечеством, сколько осмысливание их учеными и медиками (постоянно оказывающимися перед развертывающимися бедами) в поисках целевых установок на отстаивание собственных интересов каждым из участников глобализационных процессов. Функции философии науки состоят в том, чтобы концептуально обосновывать смысл жизни и здоровья человека и всего человечества, учить людей осмысливать сущность своего бытия и созидательной деятельности в новой ситуации глобализации. С этой точки зрения важно донести до всех людей возможный риск для их жизни и здоровья вследствие снижения качества окружающей среды в связи с ростом промышленного производства, постоянной угрозы крупных техногенных катастроф и деградации природных экосистем.

С точки зрения императивности глобальных проблем, от которых в принципе зависит будущее человечества, философам науки и ученым важно разрабатывать и доносить до сознания людей идеи антропоцентризма, наполненные морально-этическим содержанием. Именно они ставят в центр осмысления динамики научного знания о мире проблемы смысла жизни человека и его научно-творческой деятельности. Если бы во всех национальных и международных философских и научных сообществах были выработаны и приняты единые антропоцентристские или подобные им ценностные приоритеты, в современном мире сложилась бы общечеловеческая система морально-этических ориентаций. Заметно укрепилась бы почва для социокультурной деятельности, а из духовной жизни ушло бы многое из того, что ныне отравляет сознание подрастающих поколений.

Без выработки в объективно складывающихся процессах интеграции научных знаний единой системы антропоцентристских ценностей вряд ли могут быть найдены эффективные средства и способы преодоления катастрофической ситуации в принципиально новом

взаимодействии человека с природой и космосом. Именно отсутствие системы обязательных антропоцентристских ценностей (помимо которых в науке имеются и свои специфические и неповторимые ценности) является основной причиной того, что естественные процессы глобализации и интеграции под давлением идеологических, политических и экономических интересов отдельных социумов обесценивают выработанную философией науки и медицины на определенный период систему морально-этических ценностей, ломая установившуюся в мире систему отношений народов и стран.

Все, что есть в мире, и все, что доступно познанию, человек соотносит со своим внутренним духовным миром. Восторгаясь красотой лесов, полей и рек, испытывая душевный трепет при созерцании далеких звезд, человек творчески, деятельно взаимодействует с фрагментами объективного многообразия мира; он стремится познать и преобразовать в своих интересах космическую действительность вещей, предметов, явлений и процессов. Человек познает, осмысливает и оценивает Вселенную, руководствуясь древнейшим принципом осознания смысла мира - антропоцентризмом (греч. anthropos - человек, centrum - центр), позволяющим понять мир и многие, совершающиеся в нем явления и процессы. И. Пригожин, один из авторов синергетики (науки о самоорганизации систем), резонно заметил, что «в мире, основанном на нестабильности и созидательности, человечество оказывается в самом центре мироздания» (Вопросы философии.

1989. ? 8).

Значение антропоцентризма как философского принципа в осмыслении бытия мира высоко оценено учеными. Они считают, что именно с помощью этого принципа можно глубже познавать и лучше оценивать место (нишу) и роль человека во Вселенной, принципиально поновому взглянуть на его земную жизнь и его космическую заданность. Основным преимуществом антропоцентристского принципа в познании мира является указание на уникальный статус человека в бытии сложных и относительно стабильных земных и внеземных структур (в том числе и жизни). Эта его нацеленность связывается с формированием новых взглядов на Вселенную, научной основательностью знаний о связях и отношениях (законах) самоорганизации, происходящей в мире вещей и предметов, явлений и процессов. Антропоцентризм дает ученому понимание его самодостаточности во Вселенной.

Смысл современной интерпретации антропоцентризма можно определить так: человек является эндогенным (греч. endon - внутри и

genos - род, происхождение) образованием по отношению к Вселенной, но особенно той ее части, которая называется галактикой - Млечным Путем и Солнечной системой. Человек, согласно антропоцентристскому принципу, занимает исключительное место во всей Вселенной. И не потому, что он как бы «вершина» эволюционного развития мира, которая может рухнуть вследствие собственной несостоятельности, а потому, что человек является качественно самобытным фактором природного саморазвития, сознательно нацеленного на повышение стабильности глобальной и космической систем природа - человек в ее коэволюционной организации. Это делает человека активным соучастником эволюционных изменений во Вселенной.

Принцип антропоцентризма - один из наиболее сложных концептов познания мира. Область его применения поистине огромна: от образования вещества, звезд и галактик до социокультурной динамики как целостного процесса самоорганизации всего сущего. Это и изучение, и осмысление мироздания, роли и значения человеческого разума во Вселенной. Начиная с ХХ столетия интенсивно разрабатываются новые концепции эволюции и самоорганизации природных, социальных и духовных систем, что привело к созданию концепции глобальной эволюции. Сегодня заявляют о существовании универсальной космологической эволюции или самоорганизации мира. В философии науки осмысливается концепция коэволюции как целостная единая универсальная система развития. Такой подход позволяет понять многие особенности антропогенеза и развития цивилизации, в частности дает новое видение природы человека и его места во Вселенной.

У ученых-эволюционистов возникла идея о корпускулярно-волновой природе человека, существующего якобы подобно свету. Человек мыслится целостностью, состоящей из организма - тела, ограниченного во времени и пространстве, и его разума, обладающего свойством поля, ничем не ограниченного. Человеческий разум предстает объективно погруженным в бесконечные просторы Вселенной и способным постигать ее бытие. Он, порождающий и испускающий, поглощающий и распространяющий потоки информации, становится неким «энергетическим полем» Вселенной. Современная наука пока не может объяснить механизм возникновения самого разума, но рациональная жизнь на Земле (ноосфера) существует и имеет достаточно высокий уровень технологии для вступления в контакт с другими разумными мирами.

Эта идея стала служить и самобытным метафизическим способом постижения и объяснения «человеческого образа» мироздания как живого организма. Антропоцентризм это уже не только принцип, но и некое философское мировоззрение, согласно которому человек с его разумом находится в «центре» Вселенной как наивысшая цель и главный смысл саморазвития всех совершающихся в мире событий. Антропоцентризм, будучи философской системой миропонимания, судит о самом человеке, как о наиболее совершенном продукте естественной природы - космоса, познание которого ведет к постижению многих тайн Вселенной и пониманию первопричины ее бытия. Еще Н.А. Бердяев отмечал, что «познание человека покоится на предположении, что человек - космичен по своей природе, что он - центр бытия» (Бердяев Н.А. Смысл творчества. М., 1989. С. 293-300).

Уже в античной философии антропоцентризм рассматривался как учение о человеке, как органической части космоса. Так, Демокрит, предложивший понятия микро- и макрокосм, как и его предшественники, трактовал человека как средоточие всего сущего, вследствие чего он по праву может считаться философом-антропоцентристом. Пифагор (ок. 580-500 до н.э.) указывал на единство бытия человека и космоса, где торжествуют ритм, гармония и порядок. А в определении софиста Протагора космический порядок характеризуется принципом «человек есть мера всех вещей». Это его положение было уточнено Сократом (469-399 до н.э.): «Человек мыслящий есть мера всех вещей». Гиппократ увидел в человеке единство мира, а Аристотель назвал человека глубокой сущностью всеобщего космического бытия. Наиболее ясно принцип антропоцентризма представлен мыслителями эпохи Возрождения. В Новое время, после средневековья, была восстановлена идея о центральном положении человека в космосе.

Современный антропоцентризм начал складываться еще в XIX веке, когда в центр постижения смысла Вселенной стали ставить человека с его рациональной деятельностью во имя собственного жизнеобеспечения. Философия того времени ограничивалась в основном умозрительным созерцанием взаимосвязи человека с Вселенной. Но при многих различных подходах в понимании человека все сходились в одном: только разгадав тайну творческого начала в человеке, можно раскрыть и тайну мира. «Человек себя знает прежде и больше, чем мир, - утверждал Н.А. Бердяев, - и потому мир познает после и через себя. Философия и есть внутреннее познание мира через человека,

в то время как наука есть внешнее познание мира вне человека. В человеке открывается абсолютное бытие, вне человека - лишь относительное». Антропоцентризм как мировоззрение раздвигает границы постижения человека, возводя его на новый качественный уровень вселенского бытия.

Хотя о космическом происхождении человека уже немало сказано в науках о человеке, в мировых религиях, в философских учениях, появилось немало новых версий о выделении человека из животного мира. Чарльз Дарвин (1809-1882) сознавал, что одним только естественным отбором научно объяснить происхождение человека от обезьяны нельзя. Помимо теории естественного отбора, полагал он, необходимо привлечь и иные научные теории и философские парадигмы. «Современная биология далеко отошла не только от классического дарвинизма второй половины XIX века, но и от ряда положений синтетической теории эволюции. Вместе с тем несомненно, что магистральный путь развития эволюционной биологии лежит в русле тех идей и тех направлений, которые были заложены гением Дарвина 125 лет назад» (Воронцов Н.Н. Развитие эволюционных идей. М., 1999. С. 57).

Познание человека в науке и философии

Современные ученые и философы рассматривают человека как «открытую систему» во Вселенной, которая никогда не может быть завершенной. Науке известно, что абсолютно все живые существа родятся как бы в законченном виде: и растения, и животные с рождения и до смерти остаются качественно неизменными и меняются только количественно, т.е. - все живое взрослеет, затем стареет и умирает. И лишь один представитель мира - человек появляется на свет и живет всегда как бы незавершенным, с космическим потенциалом, постоянно совершенствует. Конечно, родится он человеком и никем иным (человеком в том смысле, что он не примитивное животное), но человеческой личностью (истинным человеком) становится только в раскрытии своих социально-духовных потенциалов.

Человек, осваивая мир вещей и явлений, законы их взаимодействия, подвергает себя испытаниям извне. Это испытания особого рода - проверка на прочность жизни индивида и человечества. К подобным испытаниям относятся и воздействие озоновых «дыр», и усиление солнечной радиации, и возможность столкновения Земли с огромной кометой. Этот «вызов космоса» обращен не просто к испытанию земной жизни, а к жизни каждого человека. Пожалуй, именно

в этом явлении наиболее ярко проявляется то, что человек - это не только земной феномен, но и космический ноумен. Суждения такого рода являются отражением постоянных жизненных испытаний как человеческого разума, его потенциальной мудрости, так и прочности морально-нравственных устоев и телесно-биологической выживаемости человека разумного, социального, духовного.

Ученые уверяют, что мир таков, каким его представляет и понимает человеческий разум. Кстати, этот разум можно назвать космическим, ибо космос познает самого себя пока только этим разумом. В антропоцентризме изучается и оценивается не человек, а его миссия в мире глазами «космического разума» - человека. Философы рассматривают человека как некую центральную часть миропорядка, в котором все сущее имеет свое определенное место и играет свою роль. Человек, по Канту, - главный предмет в мире, - демиург порядка в среде своего жизненного обитания и самого себя. С точки зрения древнегреческих философов и идей русского космизма, человек несоизмеримо выше бытия различных структур Вселенной, ибо он пока один способен вносить своим разумом порядок в мироздание.

Картина Вселенной, по Канту, на самом деле оказывается таковой, какой ее творит человеческий разум по целенаправленному плану. И. Кант советует: «Развивай свои душевные и телесные силы так, чтобы они были пригодны для всяких целей, которые могут появиться, не зная при этом, какие из них станут твоими» (Кант И. Собр. соч. в 6-ти томах. Т. 6. М., 1966. С. 434). Все это формирует антропоцентрическое сознание и самосознание человека, определяет направление и границы его мышления. Тысячелетиями отрабатывается и соответствующая система религиозных, научных, философских представлений и понятий о Вселенной. Надо «оторваться от земного мира» и мысленно выйти в мир другой - космический, безначальный и бесконечный в пространстве и времени.

Философский антропоцентризм с самого начала стремился возвысить человека до осознания им своей исключительности в космическом мире. Еще со времен древних греков за человеческим образом закрепились три фактора, возвышающих его духовность (благо, красота и истина) как важнейшие элементы самосознания. Человек не сводим только к социальной сущности; он предстает как триединство биологического (космического), социального (земного) и культурного (человеческого) состояния. Это «антропоцентристский» продукт, но в нашем, земном варианте исполнения биопсихосоциального феноме-

на. Если уничтожить хотя бы один из перечисленных выше признаков, человек «разрушится». Кроме того, организм человека содержит в себе «информационную программу» (природную заданность) быть демиургом своей судьбы. Для этого у него в природном потенциале есть все необходимое: особое телесное строение и психика, восходящая к творческому мышлению.

В книге «Монизм Вселенной» К.Э. Циолковский (1857-1935) мечтал о времени, когда «будет полный простор для развития как общественных, так и индивидуальных свойств человека, не вредящих людям... будет господствующий наиболее совершенный тип организма, живущего в эфире и питающегося непосредственно солнечной энергией» (Русский космизм. М., 1993. С. 271). Однако глобальные проблемы породили и проблемы вселенского свойства, которые негативно оценивают роль человека в исследовании космоса. Подобный деантропоцентризм лишает человека его исключительного положения в космосе, он побуждает задуматься о последствиях ничем не ограниченного произвола науки. Но, с другой стороны, научно-технический прогресс подвигает философов и ученых к поиску альтернатив сохранения и возвышения всего лучшего в человеке.

Считается, что познание и понимание человека сформировались в лоне философского дискурса (позднелат. discursus - рассуждение) о космичности человеческого бытия. С одной стороны, выдвинутый и разработанный естествоиспытателями на основе физики, астрономии, астрофизики, системотехники, биомедицины и других наук антропоцентристский принцип конкретизировал условия возникновения и возможности сосуществования человека во Вселенной. В то же время человек как «мыслящая материя» (Ф. Энгельс) осознает себя активно действующим субъектом не только социально-культурной, но и природной среды обитания. Это предопределило представление о человеке, как о «полноправном соучастнике мировой коэволюции» (Н. Моисеев), что сделало его морально ответственным за результаты своей научной, творческой и созидательной деятельности.

Еще Л. Фейербах (1804-1872) считал, что главными в сущности человека являются его духовные начала: разум, воля, совесть, любовь, честь и т.д., которые формируются и развиваются как высшие, надындивидуальные уровни в естественном развитии человека как личности. Надындивидуальный уровень природы человека стал исходным принципом для осознания путей укрепления здоровья людей. Академик РАМН Ю.Л. Шевченко пишет, что «понимание значимости

надындивидуального уровня природы человека проявляется в современной медицине как переход от медицины болезней (клинической) к медицине здоровья (валеологии)» (Философия медицины. М., 2004. С. 322). В философии медицины происходит поворот к проблеме здоровья человека. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) в основу интегральной медицинской доктрины поставила задачу перехода медицины от защитно-оборонительных принципов к социально-конструктивным.

Идеи антропоцентризма исторически отражали ключевые изменения исторической сущности человека в космосе. На ранних этапах человек выступал, только как результат эволюции мира, затем - как участник мирового процесса и, наконец, как решающий фактор мирового саморазвития. Философско-антропологический ренессанс особо проявляется сегодня в обостренном интересе философов и ученых к проблеме возрождения антропоцентрических вариантов исследовательской парадигмы человека, в выработке новых путей постижения его космической сущности. Еще недавно утверждалось, что все философские размышления в медицине о человеке безнадежно погрязли в биологизме. В социологии же природу человека толковали в том смысле, будто индивид и вовсе существо бестелесное. А ведь человек всей своей плотью и кровью связан как с естественной, так и с общественной средой.

С проблемой человека связаны перспективы развития современной науки в целом, в частности с синтезом научного знания. И.Т. Фролов (1929-2000) писал, что «объективная действительность нашего времени... концентрирует внимание ученых самого широкого спектра специальностей на человеке» (Фролов И.Т. Прогресс науки и будущее человека. М., 1975. С. 50). Здесь уместно напомнить, что уже с середины ХХ века в центре внимания ученых находится новая теория эволюции. Эта теория получила название «синтетической теории эволюции». Ее ядром стал синтез идеи дискретной менделеевской наследственности и дарвиновской идеи естественного отбора как главного фактора прогрессивной эволюции живой природы вообще. С новой точки зрения основой всех эволюционных событий любого масштаба служат генетические процессы, протекающие в рамках популяций живых организмов.

Сегодня особо популярными стали воззрения сторонников решающего воздействия наследственности (генов). Разумеется, основанием таких взглядов явились колоссальные достижения современной

молекулярной биологии и, конечно, проводимые на молекулярном уровне исследования по генетике человека. С одной стороны, исследования в области генетики человека, как и их осмысление, в том числе в мировоззренческой и морально-этической плоскости, стали несомненным приоритетом не только для современной науки, но и для общества. С другой стороны, более высокое доверие к биологическим трактовкам природы человека в противовес трактовкам социологическим (или наоборот), - это в конечном счете выбор, который делают сами люди, общество.

В философском антропоцентризме человек - исключительное земное живое существо или особый род сущего в космосе. Это - не только телесное, но и разумное, нравственное, волевое явление. Прежде всего, человек сознательно стремится быть собой, развивать заложенные в его организме потенциальные человеческие качества. Все это уже можно считать исключительно фактом проявления позитивных надындивидуальных качеств. При этом современная философия не закрывает глаза и на негативные факторы человеческой личности: агрессивность по отношению к другим людям, скрытые, темные импульсы (стремление к стяжательству, непомерным вожделениям и т.п.). Таким образом, человек и его личность по-прежнему остаются еще очень загадочной вселенской проблемой.

Сегодня пытливому уму философа и ученого, психолога и медика предстоит изучить великое множество фрагментов образа человека, которые невозможно или очень непросто свести в единую (целостную) картину. Но именно все эти фрагменты с философской точки зрения необходимо свести в единство для целостного понимания человека. Философия «рисует» образ человека, размышляющего о самом себе, о смысле своей жизни. Ею сквозь толщу истории возникновения и развития человека (человечества) проводится общая системообразующая смысловая идея, связывающая самые различные аспекты человеческого бытия. Одни из них выступают как результат, полученный в процессе его исторического саморазвития, другие - как материал, пока ожидающий своего синтеза в виде вселенской мудрости, которая брезжит где-то в перспективе всеобщей гармонии.

Античный философ Протагор назвал человека мерой всех вещей, полагая, что только он может быть эталонной оценкой всех вещей, явлений природного и общественного мира, потому что человек мудр и нравственен, как никто во Вселенной. Сторонники этого подхода

исходят из того, что человек как единство природного и социокультурного развития объединяет в себе умение жить в гармонии с миром. В нем отражены все законы космоса. Но хотя эти его качества известны тысячелетия, не они указывают на космическую мудрость человека как конечную цель философии. Н.А. Бердяев считал, что «само сознание человека как центра мира, в себе таящего разгадку мира и возвышающегося над всеми вещами мира, есть предпосылка всякой философии, без которой нельзя дерзать, философствовать» (Бердяев Н. Смысл творчества.

М., 1989. С. 293-294).

Человеческое бытие - это звено в бытии самого космоса (греч. kosmos - упорядоченное единство, порядок), демонстрирующее мудрость людей жить в гармонии со всем миром. Это и рациональное, и интуитивное понимание латентных (пока скрытых) механизмов космоса, приводящих в движение человеческую цивилизацию, примиряющих и уравновешивающих временное и вечное, относительное и абсолютное и т.д. И это не фантазия, не догадки, порожденные современными глобальными концептами философии космистов. В антропоцентристском мировоззрении возрождается рациональное и интуитивное прозрение. Если под таким углом философско-космического рассмотрения человека и его места во Вселенной взглянуть на научное совершенствование его мышления, то непросто отделаться от мысли, что именно философия космизма становится стержнем современной духовной культуры научной интеллигенции России, стремящейся «уловить соритмичное бытию биение духа» (П. Флоренский).

Космическая мудрость проявляется в жизни людей как первый и наиважнейший фактор в исторической эволюции человеческой культуры. Но она, к сожалению, долгое время ни в теории, ни на практике заинтересованно не рассматривалась. Медицина также оказалась в стороне, можно сказать, «по уши утонув в болезнях», не обращает внимания на влияние космоса на здоровье (и не только) людей. Кстати, здоровье людей не определяется только биологическим состоянием, а характеризуется также социальным благополучием, уровнем умственного и нравственного развития личности, адекватностью восприятия ею мира. При этом важнейшим фактором и условием сохранения и укрепления здоровья личности и общества является информационная свобода в обществе. Более того, любые аномальные знания, логически неупорядоченная информация порождают и аномальное существование людей в

обществе. Кроме того, в настоящее время углубляются нарушения межчеловеческих связей и социокультурных процессов в результате явного усиления дисгармонии между развитием природных и социальных качеств человека.

Ее компонентами сегодня являются:

•  снижение природного здоровья людей;

•  угроза разрушения генофонда человечества и появления новых болезней;

•  отрыв человека от биосферной жизни и переход в техносферные условия жизнедеятельности;

•  дегуманизация людей и открытая проповедь аморализма;

•  расщепление культуры на элитарную и массовую, ее коммерциализация и отрыв от человека.

Результатом этого становится рост количества самоубийств, алкоголизма, наркомании и других способов ухода от реальности, расцвет религиозных тоталитарных и амбициозных политических группировок и т.д.

Нельзя не обратить внимание на то обстоятельство, что все эти антропоцентристские проблемы вызваны, прежде всего, научно-технологической деятельностью человека, точнее, являются ее побочными результатами, будучи связанными с искусственными системами, сконструированными человечеством. И культурно-технологические комплексы, и научно-общественные институты, и морально-нормативные системы создавались из лучших побуждений, для достижения результатов, считающихся оптимальными. Однако научно-творческая деятельность ученых, да и медиков, помимо ожидаемых последствий, имеет непредсказуемые эффекты, и по мере роста технической вооруженности эти побочные результаты начинают преобладать. Наряду с позитивными результатами исторического развития человека накапливается груз отрицательных, которые к настоящему времени заметно превышают критическую массу.

Выход из создавшейся ситуации видится в раскрытии способности человеческого разума «заглянуть за космический горизонт» (К. Циолковский) своего бытия. Решению этой задачи поможет только заинтересованное усвоение и использование на практике врачами, медсестрами и фармацевтами научных знаний по биологии и медицине, антропоцентризму и антропологии, психологии и педагогике, гигиене и экологии, физкультуре и диететике, но прежде всего - по философии и космологии. Медицина должна не только лечить, но и

упреждать болезни. Эту функцию Ю.П. Лисицын назвал санологией (лат. sanos - здоровье) в качестве фактора укрепления общественного здоровья. На Западе это направление, нацеленное преимущественно на индивидуальное здоровье людей, называют валеологией (Лисицын Ю.П. История медицины. М., 2004).

Проблемные ситуации в науке и медицине

Совершенно иной путь в научном познании человека и его сохранении как личности избрал З. Фрейд (1856-1939), получивший классическое медицинское образование. Его философские взгляды формировались в то время, которое историки назвали викторианским (период становления критического реализма) веком Европы. Викторианское общество было весьма рациональным и моральным во взглядах на человека и его развитие. В этом обществе на сексуальность смотрели как на пугающий и непристойный аспект человеческой природы. Ученый-медик шокировал и «оскорбил» современников, заявив, что люди, даже в молодом возрасте, мотивированы сексуальными побуждениями. Вместо того чтобы ставить в центр психической жизни человека сознание, он сравнил его с айсбергом, у которого лишь малая часть выступает над поверхностью воды. Фрейд первым охарактеризовал психику человека как поле боя между непримиримыми силами инстинкта, рассудка и сознания.

Этот биологически ориентированный естественно-научный подход повлек за собой принципиальное изменение в понимании места и роли человека в окружающем мире, а также трансформации социально-культурных норм и ценностей. Как отмечал сам Фрейд, на протяжении развития познания природы человека, его мировоззрение радикально менялось. Так, первым совершившим мировоззренческую революцию стал Н. Коперник, поставивший человека вне центра Земли. Биологическая революция началась с учения Ч. Дарвина, которое доказывало, что человек является лишь ступенькой в эволюции животного мира. И наконец, сам З. Фрейд убедил, что человеческое «Я» совсем не является полноправным хозяином даже в «собственном душевно-духовном доме». Он полагал, что все проявления человеческой активности, включая и творческие, подчиняются мощным инстинктивным силам.

З. Фрейд разработал новую теоретическую систему, которая с точки зрения широты охвата человеческой целостности является выдающейся, включая в себя огромный диапазон и многообразие различных биологических и социально-культурных феноменов. Психические

расстройства, сны, юмор, ирония, бессознательная мотивация поведения, смерть, творчество, забывчивость, брак, инцест, мифы и сказки, война и социокультурное табу и т.д. - все это объясняется в рамках психоанализа - важной части философии медицины. Несомненно, что его учение обладает всесторонним мировоззренческим потенциалом. Можно сказать, что эта фрейдовская философия и научная теория (психоанализ) оказали самое непосредственное и определяющее влияние на формирование современных субъективных переживаний врачей. Более того, в менталитете цивилизации осуществилась полномасштабная аксиологическая революция, определившая ценности современной культуры и медицины.

В цивилизованном обществе должна быть единая система информирования граждан о возможных изменениях психосоциального состояния с обязательным их обучением личному противостоянию различным природным и социальным катаклизмам. При этом и государство должно заботиться о разрешении социально-гигиенических проблем. Медик-мыслитель И.В. Давыдовский писал: «Вопрос о сущности явлений, наблюдаемых в клинической практике, не может ни ставиться, ни решаться с позиций практической медицины, где субъективные переживания накладывают такой сильный отпечаток на наши суждения», что даже «патология» - это «термин, рожденный интроспективными субъективными представлениями о болезнях». Он убеждал: «Изучая болезни как нозологические категории, медицина входит в непосредственный контакт с человеческими массами... Сказанное делает все болезни человечества социально-гигиеническими проблемами» (Давыдовский И.В. Проблемы причинности в медицине. М., 1962. С. 84, 86, 125).

Не секрет, что человека с незапамятных времен изучают с разной степенью глубины все естественные науки, но, прежде всего, это задача гуманитарных наук. Примечательно, что в наше время происходит единение (интеграция) естественных наук о человеке и наук социально-гуманитарных, и в этом процессе исключительная роль принадлежит медицине. Она, будучи ориентированной на сохранение и укрепление здоровья человека, обречена на использование достижений всех дисциплин, имеющих отношение к знанию человека, его организма и социопсихических качеств. Более того, в современных условиях сама медицина становится наукой, концентрирующей в себе все передовое, что выработано наукой, искусством и особенно философией о человеке и его жизнедеятельности.

Медики мечтают о том, чтобы медицина стала общей теорией человека, и немало делают для этого. В 1934 году А.Д. Сперанский опубликовал книгу «Элементы построения теории медицины». Позже, в 1956 году, выдающийся канадский патолог Г. Селье (1907-1982) выдвинул идею построения общей теории медицины, вернее патологии. К сожалению, такие попытки создать единую теорию медицины односторонние. Их авторы акцентируют внимание только на какой-то одной стороне или одном аспекте медицины. Подлинно универсальная теория медицины может быть создана только в единстве с теорией патогенеза и саногенеза, теорией патологии и санологии. Она должна иметь единую философско-методологическую базу научного познания человека. Общая теория медицины, основанная на едином философско-методологическом принципе, должна стать и наукой о здоровье. Философия и медицина стремятся понять, осмыслить и научно объяснить смысл синтетического знания о здоровье человека.

В связи с этим специфика динамики медицинских проблем, связанных с укреплением здоровья и заболеваемостью людей, состоит в том, что многие из них не решаются сразу и окончательно, а только лишь имеют некую степень их решенности. Например, приобретаются новые лучшие знания о сути и причинах заболевания, совершенствуются лечебные технологии и действия лекарств, само же заболевание при этом все равно остается. Поэтому отбор самих проблем для очередности их решения, осуществляемый в институциональных структурах медицинской науки, должен учитывать, прежде всего, нужды лечебной практики. Однако сугубо утилитарный подход здесь тоже неуместен, так как, с другой стороны, некая приоритетность решения научных проблем должна соответствовать уровню разработанности медицинской науки и ее внутренним потребностям. Поэтому специфика научных проблем воспроизводит и динамику теоретического продвижения медицины.

С позиции специфичности решения медицинских проблем лечения организма человека представители научной медицины указывают на роль философской методологии в теориях патологии и терапии. При этом медики всегда опирались на философскую методологию познания человека вообще. Ю.Л. Шевченко утверждает, что «методологические проблемы стратегии и тактики диагностики также становятся весьма трудно решаемыми, если врач полагается лишь на свой индивидуальный опыт клинициста, который всегда ограничен. Но если он приобретает логическую культуру, овладе-

вает законами и правилами диалектической логики (философской науки о законах и формах познающего мышления), то он становится на голову выше себя. Овладение логикой формирует у врача навык обращать внимание и критически оценивать собственные рассуждения, т.е. вырабатывает у него рефлексию» (Философия медицины.

М., 2004. С. 322).

Вне всякого сомнения, «человеческий организм является наисложнейшей и тончайшей самоорганизующейся системой» (И.П. Павлов). В этой уникальной системе взаимодействуют все составляющие ее элементы. Но, к сожалению, современная медицина пока не может избавить человека от заболеваний, потому что не в состоянии эффективно воздействовать на человека как на систему. Н.Н. Блохин (1912- 1991) считал, что в эффективном лечении человека важнейшая роль принадлежит его комплексному исследованию, поэтому медицина должна стать со временем «первой наукой о человеке». С медицинского познания человека, его психики, личностных качеств и начинается исследование великих тайн, заложенных в нем как в разумном центре Вселенной. Это значит, что основной целью всех медицинских наук должна стать ориентация на познание целостности человека как личности.

С понятием «личность» в медицине связаны все интеграционные психосоциальные и социокультурные черты человека: его мировоззрение, ментальность, характер, воля, чувство собственного достоинства и чести, социально-экономические и морально-политические взгляды и убеждения, этические и эстетические идеалы и т.д. Словом, личность - это телесно, социально и духовно развитый человек, обладающий сознанием и самосознанием. Однако истоки личности укоренены и в человеческом организме (теле) как материальном носителе личностного начала. Своеобразие личности проявляется в телесной и психической организации - фигуре, походке, мимике, манере выражать свои мысли и чувства и т.д. Было бы неправильным думать, что здоровье и заболевание не зависит от личности - сознательно и умело опираясь на индивидуальные качественные и количественные параметры своего организма, личность строит свой стиль, образ жизни и характер деятельности.

Человек (в отличие от животных) обладает организмом, который в процессе эволюции принципиально изменился, социализировался. Человек обладает также духовным началом, без чего его нельзя рассматривать как целостность. Он состоит из двух неразрывно связан-

ных начал: тела и духа. Сразу после появления на свет человек начинает накапливать и перерабатывать информацию, идущую из внешнего мира и от самого себя. Именно эта информация развивает его дух - ум, волю, совесть, честь и т.д. Когда индивид долгое время страдает от болезней, он часто теряет присутствие духа. И с этим никак не может не считаться медицина. Лечить надо и болезнь, и личность больного, т.е. «внедрять» в него духовную энергию.

С ранних стадий эмбрионального развития человеческий организм и все его функции складываются целостно на основе естественных процессов адаптационной самоорганизации. Генетическая программа оплодотворенной яйцеклетки «активизирует информационные молекулы» - олигопептиды и белки. Эти молекулы определяют рост, дифференцировку тканей, а также их целостность через объединение специальных органов. Под воздействием «информационных молекул» на соответствующие рецепторы складывается специфическая интеграция, единение удаленных друг от друга органов и тканей, совокупная деятельность которых организует специальную функцию. Последняя приводит к приспособительным реакциям, которые на основе обратных связей формируют целостные функциональные системы развивающегося человеческого организма.

В медицине под влиянием философских идей сложился ключевой принцип осмысления целостности человеческой личности, ее телесного и духовного бытия. В силу этого ставится задача комплексного обследования и лечения заболевшей личности. В случае нарушения того или иного компонента целостности его существования, на повестку дня теоретической и практической медицины встает вопрос о формировании нового облика самой медицины. П.К. Анохин (1898-1974), сформулировав новый подход к осмыслению функций целостного организма, провозгласил иную системную организацию функций человека. Впервые взамен традиционной классической физиологии органов, следующей анатомическим принципам, он предложил теорию функциональных систем (Судаков К.В. Системное построение функций человека. М., 1998. С. 5).

Современная медицина методично осмысливает проблему целостности человека как личности, ее телесности и духовности. Личность понимается медиками, как уникальный узел множества связей и отношений, как центр фокусировки внутренней и внешней энергий и влияния всех уровней организации жизни. Медицина вообще невозможна без развитого понимания живой системы как «живого целого».

В современной медицинской науке, а также на практике все чаще встречается понятие «холос», или целое. В методиках медицины формируются принципиально новые модели воздействия на целостного человека (его душу и тело). Как живой организм человек подчиняется биологическим закономерностям, а как сознательный общественный индивид обращен к специфическим общественным законам жизни. Все это нельзя не учитывать в научной и практической медицине.

В биологической структуре высших животных трудно обнаружить существенные отличия от биологической структуры человека. Вроде те же вещества, те же законы метаболизма (образование вещества в результате биохимических реакций в процессе обмена веществ), то же устройство генетической системы и т.д. Но есть главное отличие человека от животных - его уникальная психика и духовное начало; именно они инициируют иное отношение к познанию человека. Медики и философы ценят в человеке его целостность, получившую название микрокосма (Н. Бердяев). Медицинская наука и врачебная практика, как системный комплекс медико-биологических, клинических и социально-гигиенических дисциплин воздействия на человека, развиваются на стыке естественных, технических и гуманитарных дисциплин. Поэтому все актуальнее становится задача создания единой научной теории целостной медицины.

Современную медицину люди воспринимают как жизненно необходимую сферу в их личном бытии, как естественную форму заботы об их организме, о состоянии психики, без которых они попросту не выживут на Земле. Здоровье человека во многом зависит от знаний и умений врача-специалиста, который может и должен «исправлять организм» человека, позитивно воздействовать на его психику и при этом обязательно видеть в нем не его «болячки», а его целостность (личность как природно-общественное и душевно-культурное явление). «Я убежден, - писал И.П. Павлов, - что приближается важный этап человеческой мысли, когда физиологическое и психологическое, объективное и субъективное действительно сольются, когда фактически разрешится или отпадет естественным путем мучительное противоречие или противопоставление моего сознания моему телу» (Павлов И.П. Полн. собр. соч. Т. III. Кн. 2. М., 1951. С. 233).

Перед философами и учеными-медиками, практическими врачами самой жизнью поставлена задача: сформулировать нормативные философско-методологические концепции и научные программы целостной научно-исследовательской деятельности в области медицины и всей

системы охраны здоровья населения. Таким образом, для целостной медицины наступает век научно-теоретического прозрения и философского восхождения, как некогда это уже было с естествознанием в XVII-XVIII в. Если в прошлом у целостной медицины, да и эмпирической науки была высокая внутренняя потребность в философской методологии, то сегодня этого пока, к сожалению, сказать нельзя.

Хотя в медицинской теоретической науке указанная потребность уже находит выражение в стремлении к повышению философскометодологической культуры врачей, направленной на чисто профессиональную деятельность, в акцентировании рационально-творческих интересов и практических возможностей. В области метатеории она отражается в критической переоценке естественно-научных дисциплин: математики, химии, физики, биологии, фармакологии и т.д. К сожалению, проблема философско-методологической подготовки врачей пока не получила всеобщего понимания. Но постепенно исчезает безразличие к философскому мышлению - мыслительному акту интеграции богатейшего эмпирического медицинского материала, единственному и существенному способу его теоретического осмысления всеми медиками в течение многих и многих столетий.

Было время, когда медицинское сообщество относилось к философии уважительно, а многие медики сами являлись выдающимися философами (Н. Коперник, Дж. Локк, Н.И. Пирогов, И.М. Сеченов, К. Ясперс и др.). Тогда легко можно было прослыть неумным и отсталым, если не заниматься философией всерьез и не видеть в ней нечто большее, чем полную фантазии потребность разума, свойственную каждой науке, каждому времени: если не искать в ней философскометодологические ориентиры и аксиологические оценки. Личное осмысление ключевых философских устремлений человеческого разума считалось достойным большой умственной работы. С другой стороны, медицинский релятивизм требует философского анализа в целях научно-методологического обоснования, исходя из общефилософских норм медицины. Сегодня с полным основанием можно говорить о том, что медицина постепенно становится «первой наукой о человеке».

Перерастание частных медицинских задач в научные проблемы

Человек, воздействуя на мир, формирует не только самого себя и свою сущность, но и создает или возвращает себе свое же здо-

ровье. Сохранение и поддержание здоровья зависят от следования принципам здорового образа жизни и нацеленности человека на творческий характер своей жизнедеятельности. Такое учение названо диэтетикой (греч. diateteki [techne] - образ жизни). Сегодня размышления о путях сохранения здоровья человека - это, по сути, раздумья о философии диэтетики. В философии медицины давно утвердился взгляд, в соответствии с которым наиболее эффективным признано так называемое этиотропное лечение, направленное на устранение главной причины болезни, любого заболевания (а не симптоматическое, ликвидирующее только те или иные ее внешние проявления).

Понятие «здоровье» весьма сложное, ибо заключает в себе и биологические, и социокультурные компоненты. Здоровье зависит от многих условий и факторов: среды обитания, уровня и качества жизни, эмоционально-чувственного и интеллектуального развития, жизненной позиции и т.д. Здоровье людей определяется духовной, морально-этической, политической атмосферой, сложившейся в конкретном обществе. На него влияют социально-экономические и бытовые условия, негативно сказывается грубая политическая сила. Без преувеличения можно сказать, что сохранение и укрепление здоровья - проблема глобальная, выдвинувшаяся в число острейших проблем общественного развития, для решения которых необходимо разработать целый комплекс экономического, политического и духовного развития.

Обеспечение физического здоровья человека - это только одна сторона дела. Другой, не менее важной, является укрепление здорового духа народа, прежде всего молодежи. Э. Фромм писал: «Обычно мы пребываем в полусонном состоянии и пробуждаемся только для деловой активности; но мы еще недостаточно проснулись для жизненной активности, что является единственной значимой задачей для живого существа. Великими вождями человечества становятся те, кто пробудил людей от полудремы. Великие враги человечества - это те, кто погружал его в сон, и не столь уж важно, применяли ли они в качестве снотворного поклонение богу или золотому тельцу» (Фромм Э. Душа человека. М., 1998. С. 581). Философ, безусловно, прав в своем желании «пробуждать людей для жизненной активности», и результаты здесь будут тем успешнее, чем в большей степени следовать всеобщей (космической) ритмике - циклам активности и пассивности в природе, обществе, жизни человека.

Ритмы и циклы - всеобщая закономерность: лето - зима, тепло - холодно, день - ночь, свет - тьма, и т.д. Цикличность в каждый отдельный момент времени и пространства влияет на жизнь и деятельность человека - подъем и спад в его настроении, успехи и неудачи в работе. Цикличны, кстати, бодрствование и сонливость человека. О циклах людям известно многое, но сущность их пока скрыта от человеческого сознания. Их познание позволит «управлять» жизненными процессами - как биологическими, так и психическими, а значит, сохранять и укреплять здоровье человека. Тогда он сможет лучше использовать способности, разумнее приспосабливаться к радикальным изменениям социального и биологического свойства, т.е. к нарушениям естественных космических циклов. А нарушение естественных циклов уже породило немалые глобальные проблемы, возникшие в результате преобразования природы.

«Мощность человеческой цивилизации, ее способность влиять на ход событий общепланетарной эволюции становится столь значительной, - писал Н.Н. Моисеев, - что в принципе она способна разрушить сложившуюся ситуацию, сложившееся состояние биосферы, которую мы условно назовем равновесной. Конечно, сегодня человек еще не способен уничтожить биосферу напрочь. Но под его воздействием она может перейти в новый равновесный режим. И каков он будет, об этом мы сегодня сказать пока ничего не можем. И даже не знаем, будет ли место для человека в этой новой биосфере. Поэтому на передний план научного анализа выходят проблемы таких оценок альтернатив человеческой деятельности, которые не нарушают гомеостазиса человечества как вида, не разрушают, а обеспечивают совместное развитие человека и биосферы» (Моисеев Н.Н. Люди и кибернетика. М., 1984. С. 84).

Кроме того, нельзя исключать, что образ цивилизации все больше ассоциируется людьми с космическими и экологическими идеями, с эстетическими идеалами обеспечения единства всего человечества и его судьбы. Философские концепты, как и морально-этические, выдвигаются на первый план, причем современная цивилизация рождается вместе с новым духовно-нравственным и интеллектуальным обликом человека. Философия подсказывает, что человечество живет в переходное время, когда завершает существование и развитие один тип человека - homo sapiens и складываются условия для образования другого типа - homo morale (И.Т. Фролов), который будет осуществлять нравственный самоконтроль. Поэтому в современных условиях

нужно не только продолжать изучать существующий тип человека, но и готовить интеллектуальную почву для формирования человека грядущей цивилизации, более разумной и совестливой.

В здоровье раскрывается как природный (биологический) потенциал человеческого индивида, так и его психофизиологический ресурс и духовно-интеллектуальные данные. В самом понятии «здоровье» скрыто множество антропоцентристских смыслов и значений, и главное из них - это зависимость здоровья человека от космоса. Этими проблемами и занимается не одно тысячелетие философия совместно с медициной. Философско-медицинское осмысление космической сути здоровья человека как ценностного образования позволяет утверждать, что антропоцентристский взгляд является ключевым принципом всех совершающихся в мире событий. И философы, и ученые говорят сегодня о космическом факторе здоровья человека. Заслуга открытия этой космической детерминации принадлежит русскому мыслителю А.Л. Чижевскому (1897-1964), отстаивавшему зависимость человека и его здоровья с рождения от воздействия космоса и Солнца.

Если оценивать здоровье человека в философской лексике, получится, что это стремление к свободе на разных уровнях его бытия: на телесном - к свободе от физической боли (ощущение силы и энергии), на чувственно-эмоциональном - к свободе от низменных страстей (некое состояние невозмутимости и безмятежности), на ментальном - к свободе от комплекса незнания и непонимания (единение с правдой и истиной). Н.А. Бердяев писал: «Идея свободы для меня первичнее идеи совершенства, потому что нельзя принять принудительного, насильственного совершенства. Все в человеческой жизни должно пройти через испытание свободы» (Бердяев Н.А. Самопознание. Л. 1991. С. 398). Это утверждение русского мыслителя созвучно мысли К. Маркса: «Болезнь есть стесненная в своей свободе жизнь» (Маркс

К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 64).

Медицина на телесном уровне стремится освободить человека от физических болей, на психическом - от душевных мук, депрессии, неадекватности, на умственном - от эгоизма и индивидуализма. А на философском уровне медицина помогает добиваться свободы творчества, чтобы каждый человек смог быть самим собой. Такой подход позволит укрепить единство порядка, гармонии разума и чувств, красоты тела человека и его души. Здоровый человек с интересом и удовольствием занимается творческим, созидательным трудом, он

сознательно соблюдает общечеловеческие принципы морали, регулирующие все сферы человеческой жизнедеятельности (если кто-либо даже нечаянно мешает другому или причиняет ему боль, тем самым он наносит вред и себе, ибо провоцирует в себе самом муки совести - изза собственной неуклюжести, бестактности или чего-то подобного).

Сохранение и особенно возвращение утраченного здоровья - это фундаментальная и гуманная задача медицины и философии. Ее, кстати, нельзя решить в рамках только системы здравоохранения: большая роль в этом отводится физкультуре, и культуре вообще, психологии, философии, другим гуманитарным факторам. Функции философии состоят в том, чтобы концептуально обосновывать смысл жизни человека и учить его отвечать за все свои слова и действия. И. Кант указывал на сугубо практическое назначение философии в жизни людей, поскольку она призвана учить людей жить со смыслом и при этом не страдать от болезней, это он ярко продемонстрировал сам, как живая парадигма на примере своего собственного образа жизни, сформулировав философию здоровья - диэтетику). Философия здоровья человека сводится к тому, чтобы обеспечить ему долгую, здоровую, интересную и общественно полезную жизнедеятельность.

Просвещенные люди понимают, о чем идет речь, когда философски осмысливают здоровье человека. «Здоровье, - утверждает философ Н.И. Слуцкий, - это биосоциальный потенциал человека, организму которого имманентны саморегуляция гомеостаза под контролем механизма синтеза белка, системная интеграция функций и уравновешивание с внешней средой динамическими стереотипами» (Сущностная характеристика понятия «здоровье» и некоторые вопросы перестройки здравоохранения. М., 1988. С. 24). Здоровье человека это такое его состояние, которое способно к естественному гармоничному саморазвитию без каких-либо деформаций, когда все органы его активно взаимодействуют друг с другом, содействуя всем жизненно важным функциям человеческой жизнедеятельности, а именно: нормальному развитию тела, психики и разума.

Геронтологи, философски размышляя о здоровье человека и его долголетии, ищут конкретные пути к увеличению длительности жизни человека. Но главное все же не столько в долготе жизни, сколько в ее осмысленности и благополучии. Вспомним долгую и прекрасную жизнь И. Канта, восхитимся его искусством приспособить свой болезненный в детстве организм к окружающей среде. С юношеских лет И. Кант разработал для себя сугубо индивидуальную систему личного

жизнеобеспечения (питания, отдыха и труда), практически всю жизнь педантично соблюдал ее и физически не болел. Силой духа он поддерживал свой организм и психику в жизнеспособном, а главное, в активном творческом состоянии. Его здоровье стало образцом одухотворенного единства тела (организма) и души, разума и воли, слова и дела.

Зигмунд Фрейд (1856-1939), тоже долгожитель, более 100 лет назад ввел в научный оборот термин «здоровье человеческой души». В настоящее время уже никто не берется при возникновении болезненных состояний оспаривать взаимосвязь и взаимозависимость тела (организма), души (психики) и разума (интеллекта). Субъективноличностное восприятие мира и общества, философское осознание смысла и назначения своей собственной жизни в большей мере зависят от образа жизнедеятельности. Многие индивиды сознательно стремятся воспрепятствовать воздействию вредных внешних сил и неблагоприятных внутренних факторов и устранить их с целью сохранения здорового жизненного тонуса. И трудно, конечно, понять логику жизни тех, кто злоупотребляет алкоголем, никотином и особенно тех, кто «балуется» наркотиками.

Если хотя бы мысленно допустить возможные физические недомогания, душевный дискомфорт и многие иные расстройства в организме, повседневно преследующие человека из-за его неумения управлять своим рассудком, волей, чувствами, поведением, то становится понятным, что здоровье - это самая дорогая собственность, которую надо беречь и укреплять всеми доступными силами. Безусловно, много в желании и умении управлять своей творческой жизнедеятельностью зависит от самого человека. Но при этом ни в коем случае нельзя игнорировать воздействие на людей внешней среды: общественных отношений и даже солнечно-космического «дыхания».

Ученый и философ А.Л. Чижевский предупреждал, что «на солнечные взрывы и геомагнитные бури в первую очередь реагирует нервная система человека» (Чижевский А.Л. На берегу вселенной. М., 1995. С. 526). У людей порой портится настроение, снижается работоспособность, но более всего обостряются физические недомогания и психические (душевные) болезни. Сегодня существенные перемены, происходящие в современной науке и медицине, характеризуются учеными и философами как динамичные «радикальные изменения видения природы» (И. Пригожин) и парадигмальный сдвиг или смена вектора движения научной мысли, поворот к философско-методологической проблематике.

Таким образом, парадигмальный сдвиг в науке вообще и в медицине XXI века, как это фиксируется в современных философско-методологических исследованиях, подразумевает переход от объективистской науки к творческо-эпистемологической (диалектической). Это принципиально новое понимание перехода от истины как адекватного отражения объекта исследования - к истине как способу взаимодействия субъекта с объектом, от структуры к системному процессу, от господства и радикального преобразования природы - к ненасилию. Согласно прежней парадигме науки, динамика целого может быть понята из частей, а в соответствии с новой - свойства частей могут быть поняты из динамики целого. Поэтому формирующуюся научную парадигму называют целостной, холистической, системной и гуманитарной.

Контрольные вопросы и задания:

1. Как Вы поняли значение проблемы «динамика науки»?

2. Чем был вызван динамизм научного познания в эпоху Нового времени?

3. Согласны ли Вы с тем, что наше отношение к истине неоднозначно? Если это так, то почему оно неоднозначно?

4. Что собой представляет философия психоанализа З. Фрейда?

5. Чем обусловлено особое место антропоцентристского принципа в системе естественно-научного познания?

6. В чем смысл перерастания частных медицинских задач в общенаучные проблемы?

Философия науки и медицины : учебник. - Хрусталёв, Ю.М. 2009. - 784 с.

LUXDETERMINATION 2010-2013